Как доказать отсутствие вины в деле об АП?
Dolgovnet34.ru

Юридический портал

Как доказать отсутствие вины в деле об АП?

ВС: Признание административного протокола недопустимым доказательством влечет прекращение производства по делу

Верховный Суд вынес Постановление № 18-АД19-64, в котором указал на недопустимость привлечения лица к ответственности по делу об административном правонарушении в случае, когда в протокол без его ведома были внесены изменения.

11 февраля 2018 г. полицейским ОМВД России по Динскому району ГУ МВД по Краснодарскому краю в отношении Евгения Сумарокова был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 19.3 КоАП. Согласно протоколу в этот день в 23:20 мужчина, управляя автомобилем, не отреагировал на неоднократные требования полицейского об остановке, а после остановки пытался скрыться, отказался в присутствии понятых передать сотруднику полиции документы на право управления ТС, при посадке в служебный автомобиль упирался руками и ногами, воспрепятствовав исполнению сотрудником полиции служебных обязанностей.

По результатам рассмотрения дела судьей Динского районного суда Краснодарского края была установлена виновность Сумарокова в совершении данного административного правонарушения, постановлением от 11 февраля 2018 г. он привлечен к ответственности по ч. 1 ст. 19.3 КоАП.

Судья и заместитель председателя Краснодарского краевого суда по итогам рассмотрения жалоб, поданных в порядке ст. 30.1–30.2 и 30.12– 30.14 КоАП соответственно, с выводами судьи районного суда и принятым им решением согласились.

В то же время судья Краснодарского краевого суда признал протокол об административном правонарушении недопустимым доказательством, поскольку в нем была изменена дата составления, дополнено событие правонарушения и неверно указана дата его совершения. Однако судья посчитал, что это не влечет прекращение производства по делу, так как протокол является не единственным доказательством по делу.

Евгений Сумароков обратился в Верховный Суд, в жалобе попросив отменить судебные акты, вынесенные в отношении него по делу об административном правонарушении.

Изучив материалы дела, ВС указал, что сведения, которые должны быть указаны в протоколе, предусмотрены ч. 2 ст. 28.2 КоАП. Он отметил, что в соответствии с данной нормой в протоколе об административном правонарушении указываются, в том числе, время его составления и событие правонарушения. При этом все обстоятельства, относящиеся к событию правонарушения, подлежат выяснению и доказыванию по делу об административном правонарушении.

Высшая инстанция напомнила, что в силу ст. 28.2 КоАП протокол составляется с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. Физическому лицу или законному представителю юридического лица, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, должна быть предоставлена возможность ознакомления с протоколом. Указанные лица вправе представить объяснения и замечания по содержанию протокола, которые прилагаются к протоколу.

ВС указал, что согласно ч. 4.1 ст. 28.2 КоАП в случае неявки физлица, юрлица или их законных представителей, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении, если они извещены в установленном порядке, протокол составляется в их отсутствие. Копия протокола об административном правонарушении направляется лицу, в отношении которого он составлен, в течение трех дней со дня его составления. «В силу положений приведенных выше норм изменение, дополнение сведений, ранее отраженных в протоколе об административном правонарушении, могут быть внесены в данный протокол в отсутствие лица, в отношении которого он составлен, только при наличии сведений о его надлежащем извещении о месте и времени внесения соответствующих изменений, дополнений», – заключил ВС.

При этом он указал, что сведений о том, что Сумароков присутствовал при внесении соответствующих изменений и дополнений, а равно о том, что он был извещен о месте и времени их внесения, не имеется. В то же время ВС отметил, что судья Краснодарского краевого суда сделал неверный вывод о том, что признание указанного протокола недопустимым доказательством по делу не влечет прекращение производства по делу.

Суд сослался на п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП и п. 4 Постановления Пленума ВС от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» и указал, что в том случае, когда протокол составлен неправомочным лицом либо когда протокол или другие материалы оформлены неправильно, материалы представлены неполно, на основании п. 4 ч. 1 ст. 29.4 Кодекса необходимо вынести определение о возвращении протокола и других материалов дела в орган или должностному лицу, которым составлен протокол.

Верховный Суд заметил, что существенное нарушение при составлении протокола требований КоАП является основанием для возвращения протокола составившему его должностному лицу: «Такая возможность утрачена, возвращение протокола для устранения недостатков после начала рассмотрения дела об административном правонарушении нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не предусмотрено, устранение допущенного нарушения на стадии рассмотрения дела и жалоб невозможно».

ВС посчитал, что несоблюдение требований КоАП при составлении протокола повлекло нарушение права на защиту лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, повлияло на всесторонность, полноту и объективность рассмотрения дела, а также законность принятых решений, однако оставлено судебными инстанциями без должного внимания вопреки положениям ст. 24.1, 26.1 Кодекса.

Высшая инстанция указала: при установлении, что протокол составлен с существенным нарушением процессуальных требований КоАП, влекущим признание его недопустимым доказательством по делу, надлежало принять решение об отмене постановления о привлечении к административной ответственности и прекращении производства по делу. Это, отметил ВС, соответствует требованиям п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП, согласно которым по результатам рассмотрения жалобы, протеста на вступившие в законную силу постановление по делу об административном правонарушении, решения по результатам рассмотрения жалоб, протестов выносится решение об отмене постановления по делу об административном правонарушении, решения по результатам рассмотрения жалобы, протеста и о прекращении производства по делу при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных ст. 2.9, 24.5 КоАП, а также при недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены указанные постановление, решение.

Таким образом, Верховный Суд отменил решения нижестоящих инстанций и на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП прекратил производство по делу об административном правонарушении.

В комментарии «АГ» адвокат АП Санкт-Петербурга Никита Тарасов назвал доводы высшей судебной инстанции убедительными, а судебный акт в целом – справедливым. По его мнению, ВС РФ абсолютно обоснованно прекратил производство по делу об административном правонарушении, так как указанные в судебном акте недостатки протокола препятствовали рассмотрению дела нижестоящими судами.

«В то же время достаточно непоследовательной выглядит правовая позиция Краснодарского краевого суда, который, признав протокол об административном правонарушении недопустимым доказательством, не прекратил дело», – указал Никита Тарасов. Он заметил, что в силу ч. 2 ст. 26.2 КоАП к доказательствам по делу об административном правонарушении относится не только протокол об административном правонарушении, однако он представляет собой документ, содержащий описание самого инкриминируемого деяния и другие важные для рассмотрения дела сведения (например, объяснение привлекаемого к ответственности лица). Также данный документ свидетельствует о соблюдении (несоблюдении) процедуры привлечения лица к административной ответственности, в том числе о создании условий для реализации права на защиту.

«Действительно, в практике иногда возникают случаи, когда в протокол об административном правонарушении необходимо внести изменения (например, когда допускается техническая ошибка или описка). Но внесение таких изменений должно происходить с обязательным уведомлением лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, с тем чтобы оно имело возможность дать необходимые объяснения с учетом внесенных изменений», – отметил Никита Тарасов.

Адвокат указал, что в связи с участившимися в последнее время случаями привлечения граждан к ответственности по ст.19.3 КоАП РФ позицию нижестоящих судов, по сути, не отреагировавших должным образом на допущенные нарушения при составлении протокола, можно назвать тенденциозной.

Адвокат АК «Бородин и партнеры» Ольга Рогачёва отметила, что положительно относится к постановлению Верховного Суда. По ее словам, протокол по делу об административном правонарушении очень часто выступает в качестве единственного доказательства, имея в правоприменении «обвинительный» уклон: «Даже если в протоколе замечены недостатки, суд, как правило, использует формулировку о том, что в деле имеются другие доказательства».

Ольга Рогачёва отметила, что основные действия судьи, направленные на доказательственную оценку данного документа, совершаются при подготовке дела к рассмотрению, и именно на этом этапе судья наделен специфическими полномочиями по возвращению протокола в орган, его составивший, для устранения выявленных недостатков. «Однако представим себе, что существенные недостатки протокола обнаружены только в ходе судебного заседания, когда возможность его возвращения не допускается. На мой взгляд, если такие недостатки нельзя восполнить при рассмотрении дела, то протокол об административном правонарушении должен быть признан недопустимым доказательством, а производство по делу прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием события административного правонарушения. Именно это и подтверждается постановлением Пленума ВС», – подчеркнула адвокат.

Она добавила, что доводы о недопустимости конкретного доказательства, в том числе протокола по делу об административном правонарушении, могут быть изложены как в ходе рассмотрения дела, так и в жалобе на постановление или решение по делу об административном правонарушении. Ольга Рогачёва заметила, что такой подход согласуется и с позицией Европейского Суда, который исходит из того, что применительно к административным правонарушениям права, предоставленные Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, могут быть гарантированы не столь полным образом, как в случае уголовных преступлений. «С этой точки зрения незамедлительный судебный контроль допустим лишь в тех случаях, когда отсроченный судебный контроль не является эффективным средством защиты нарушенных прав, способным в достаточной мере обеспечить их восстановление», – резюмировала Ольга Рогачёва.

Как доказать отсутствие вины в деле об АП?

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с ЗАО “Сбербанк-АСТ”. Слушателям, успешно освоившим программу выдаются удостоверения установленного образца.

Лекторы – ведущие эксперты, непосредственные разработчики законов:
В. В. Витрянский, Л. Ю. Михеева, Е. А. Суханов, А. А. Маковская. Принять участие можно очно/ онлайн или в записи, в любой точке страны!

Обзор документа

Постановление Верховного Суда РФ от 20 мая 2013 г. N 91-АД13-2 Судебные акты по делу об административном правонарушении изменены в части исключения указания на отсутствие раскаяния и осознания вины лицом, привлекаемым к ответственности, поскольку указанные обстоятельства не могут учитываться при назначении административного наказания

Судья Верховного Суда Российской Федерации Меркулов В.П.,

рассмотрев надзорную жалобу Курилова Н.Г. на постановление мирового судьи судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области от 8 июня 2012 г., решение судьи Стругокрасненского районного суда Псковской области от 16 июля 2012 г. и постановление заместителя председателя Псковского областного суда от 25 октября 2012 г., вынесенные в отношении Курилова Н.Г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, установил:

постановлением мирового судьи судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области от 8 июня 2012 г., оставленным без изменения решением судьи Стругокрасненского районного суда Псковской области от 16 июля 2012 г. и постановлением заместителя председателя Псковского областного суда от 25 октября 2012 г., Курилов Н.Г. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут административному наказанию в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год и 8 месяцев.

Читать еще:  Как действовать, если магазин не прислал заказанный товар?

Не согласившись с указанными судебными постановлениями, Курилов Н.Г. обратился в порядке, установленном статьями 30.12-30.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с надзорной жалобой в Верховный Суд Российской Федерации.

В своей жалобе Курилов Н.Г. просит об отмене состоявшихся в отношении его решений по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, считая их незаконными.

Изучение истребованного из судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области дела об административном правонарушении, доводов надзорной жалобы Курилова Н.Г. свидетельствует о наличии оснований для удовлетворения данной жалобы частично.

В силу пункта 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, водитель транспортного средства обязан проходить по требованию сотрудников милиции освидетельствование на состояние опьянения.

Согласно части 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях невыполнение водителем законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения или невыполнение водителем транспортного средства Вооруженных Сил Российской Федерации, внутренних войск Министерства внутренних дел Российской Федерации, инженерно-технических, дорожно-строительных воинских формирований при федеральных органах исполнительной власти или спасательных воинских формирований федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области гражданской обороны, законного требования должностного лица военной автомобильной инспекции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения влечёт лишение права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Из материалов дела усматривается, что 27 мая 2012 г. старшим инспектором ДПС ГР ДПС ОГИБДД МО МВД РФ «Струго-Красненский» в отношении Курилова Н.Г. составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, согласно которому 27 мая 2012 г. в 22 часа 40 минут на ул. Кооператоров в пос. Струги Красные Псковской области Курилов Н.Г., с признаками опьянения управляя транспортным средством – автомобилем . государственный регистрационный знак . не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения (л.д. 3).

Основанием полагать, что водитель транспортного средства Курилов Н.Г. находится в состоянии опьянения, явилось наличие у него следующих признаков: запах алкоголя изо рта, резкое изменение окраски кожных покровов лица (л.д. 5), предусмотренных пунктом 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 475 (далее – Правила).

В связи с тем, что Курилов Н.Г. отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в соответствии с требованиями пункта 10 Правил он был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Направление водителя транспортного средства Курилова Н.Г. на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в медицинскую организацию осуществлено должностным лицом в присутствии двух понятых (л.д. 6).

Указанные действия сотрудников ГИБДД соответствуют требованиям пункта 11 Правил.

Пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения Курилов Н.Г. отказался (л.д. 6).

Таким образом, 27 мая 2012 г. Курилов Н.Г. не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Факт совершения Куриловым Н.Г. административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, подтверждается протоколом об административном правонарушении (л.д. 3), протоколом о направлении на медицинское освидетельствование (л.д. 6-7), протоколом об отстранении от управления транспортным средством (л.д. 5), рапортом должностного лица (л.д. 10-11).

Указанные доказательства получили оценку в совокупности с другими материалами дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Действия Курилова Н.Г. правильно квалифицированы по части 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Постановление о привлечении Курилова Н.Г. к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесено мировым судьёй в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для данной категории дел.

Вместе с тем, привлекая Курилова Н.Г. к административной ответственности, мировой судья обязан был исходить из определённых в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях правил назначения административного наказания.

В соответствии с общими правилами назначения административного наказания, основанными на принципах справедливости, соразмерности и индивидуализации ответственности, административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях (часть 1 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Согласно части 2 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершённого им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Тем самым законодатель предоставил возможность судье, органу, должностному лицу, рассматривающим дело об административном правонарушении, индивидуализировать наказание в каждом конкретном случае.

При этом назначение административного наказания должно основываться на данных, подтверждающих действительную необходимость применения к лицу, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, в пределах нормы, предусматривающей ответственность за административное правонарушение, именно той меры государственного принуждения, которая с наибольшим эффектом достигала бы целей восстановления социальной справедливости, исправления правонарушителя и предупреждения совершения новых противоправных деяний, а также подтверждающих её соразмерность в качестве единственно возможного способа достижения справедливого баланса публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

Из системного толкования указанных выше норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях следует, что судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дело об административном правонарушении, должны привести мотивы назначения лицу, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, соответствующего административного наказания в пределах санкции статьи, предусматривающей ответственность за совершённое административное правонарушение.

Назначая Курилову Н.Г. административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год и 8 месяцев, мировой судья судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области в постановлении от 8 июня 2012 г. указал, что учитывает общественную опасность правонарушения, отсутствие раскаяния и осознания вины.

Между тем мировым судьёй не было принято во внимание, что отсутствие раскаяния и осознания вины в содеянном со стороны лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, не может учитываться при назначении административного наказания, поскольку им ошибочно фактически расширен установленный статьёй 4.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях перечень обстоятельств, отягчающих административную ответственность.

С учётом требований пункта 2 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях судья Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводам о необходимости исключения из постановления мирового судьи судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области от 8 июня 2012 г. указания об отсутствии раскаяния и осознания вины Куриловым Н.Г. как об обстоятельстве, отягчающем административную ответственность, а также о необходимости сокращении срока назначенного ему административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами до полутора лет.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 30.13 и 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья Верховного Суда Российской Федерации постановил:

надзорную жалобу Курилова Н.Г. удовлетворить частично.

Постановление мирового судьи судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области от 8 июня 2012 г., решение судьи Стругокрасненского районного суда Псковской области от 16 июля 2012 г. и постановление заместителя председателя Псковского областного суда от 25 октября 2012 г., вынесенные в отношении Курилова Н.Г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, изменить, исключив из постановления мирового судьи судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области от 8 июня 2012 г. указание об отсутствии раскаяния и осознания вины Куриловым Н.Г. как об обстоятельстве, отягчающем административную ответственность, а также сократить срок назначенного Курилову Н.Г. за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами с 1 года и 8 месяцев до полутора лет.

В остальной части указанные судебные постановления оставить без изменения.

Судья Верховного Суда Российской Федерации В.П. Меркулов

Обзор документа

КоАП РФ закрепляет определенные правила назначения административного наказания.

Относительно применения этих правил ВС РФ отметил следующее.

Исходя из КоАП РФ, законодатель предоставил возможность судье, органу, должностному лицу, рассматривающим дело об административном правонарушении, индивидуализировать наказание в каждом конкретном случае.

При этом наказание должно назначаться с учетом данных, подтверждающих действительную необходимость применить к лицу конкретную меру госпринуждения, которая с наибольшим эффектом достигала бы цели восстановления социальной справедливости, исправления правонарушителя и предупреждения совершения новых противоправных деяний.

Также должна подтверждаться соразмерность такого наказания в качестве единственно возможного способа достигнуть справедливый баланс публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

Из системного толкования норм КоАП РФ следует, что судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дело, должны привести мотивы назначения лицу соответствующего наказания в пределах санкции статьи, предусматривающей ответственность за совершенное административное правонарушение.

Так, в рассматриваемом случае мировой судья, назначая наказание, указал, что учитывает общественную опасность правонарушения, отсутствие раскаяния и осознания вины.

Между тем отсутствие раскаяния и осознания вины в содеянном со стороны лица, в отношении которого ведется производство по делу, не могут учитываться при назначении административного наказания.

В противном случае незаконно расширялся бы установленный КоАП РФ перечень обстоятельств, отягчающих административную ответственность.

Верховный суд рассказал, как найти виновника ДТП

Ущерб от автомобильной аварии оплачивает тот, кто ее спровоцировал. Но что делать, если вина не установлена в административном производстве? Например, оно прекращено из-за истечения срока давности. В этом случае суды исходят из того, что истец должен обосновать свой иск и доказать вину ответчика. Но такой подход не согласуется с Гражданским кодексом, пришел к выводу Верховный суд. Кроме того, он сделал ряд важных выводов касательно автотехнической экспертизы. Определение ВС пригодится водителям для защиты их прав.

В делах о компенсации ущерба после ДТП доказывать свою невиновность должен причинитель вреда, указал Верховный суд в одном из недавних дел. В свою очередь, потерпевший не обязан доказывать виновность ответчика или противоправность его действий, даже если в административном порядке вина последнего не установлена. Достаточно факта причинения вреда. К таким выводам гражданская коллегия ВС пришла в одном из недавних дел. Определение 59-КГ17-5 пригодится водителям для защиты их прав. Суды неверно считают, что доказывать вину в ДТП обязан истец, рассказывает Кирилл Форманчук из «Комитета по защите прав автовладельцев». Он не видел ни одного решения суда, в котором было бы написано, что доказывать свою невиновность должен ответчик.

Такой подход неправильный, указал ВС в споре Андрея Пищика* и Владимира Прусаченкова*. Они попали в аварию в сентябре 2013 года на трассе близ Благовещенска, когда Прусаченков решил развернуться на встречную полосу не из крайнего левого ряда. В результате его машина столкнулась с автомобилем Пищика, который двигался попутно. В ГИБДД признали, что правила дорожного движения нарушили оба водителя. Прусаченков не занял крайнее левое положение перед тем, как развернуться (п. 8.5 ПДД), а Пищик обгонял «впереди движущееся транспортное средство, водитель которого подал сигнал налево и приступил к маневру» (п. 11.2 ПДД). Последний вывод содержался в определении об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении. Пищик обжаловал этот пункт определения и добился его исключения: суд согласился с ним, что в таком документе не может быть выводов о виновности водителя. Что касается административного дела относительно Прусаченкова – оно было прекращено в связи с истечением сроков давности.

Читать еще:  Антиколлекторы да или нет?

Это и смутило суды, которые на «втором круге», с подачи Президиума Амурского областного суда, отказали Пищику во взыскании 87 111 руб. с Прусаченкова на восстановительный ремонт (полиса ОСАГО у того на момент аварии не было). Поскольку в административном порядке вина ответчика не была подтверждена, разобраться в этом самостоятельно решил Благовещенский горсуд. Он пришел к выводу, что доказательства не свидетельствуют о безусловной вине Прусаченкова. Приступая к развороту, он должен был оценить скорость и положение встречных автомобилей, но мог не заметить автомобиль, который двигался в попутном направлении. При этом суд отверг выводы судебной автотехнической экспертизы от Дальневосточного регионального центра судебной экспертизы Минюста. Ее специалист пришел к выводу, что Прусаченков в принципе не мог развернуться даже с правого края дороги, не заехав на обочину или остановку маршруток. Но горсуд не принял эти выводы во внимание. Он отметил, что в заключении учтены показания только Пищика, а не Прусаченкова: «Эксперт разрешил вопрос, насколько достоверны показания сторон, хотя это должен был делать суд». От повторной судебной экспертизы стороны отказались. Это не помешало истцу указать в апелляционной жалобе, что суд мог назначить ее по своей инициативе, раз уж поверил первоначальному заключению. Но Амурский областной суд отверг этот довод со ссылкой на состязательность процесса, как и другие аргументы Пищика (определение 33АП-6163/2016).

Вина и экспертиза

Истец обратился в Верховный суд, который отправил дело на пересмотр, потому что обнаружил в решениях нижестоящих инстанций массу недостатков. Главное, что они не учли – положения п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса, который возлагает бремя доказывания невиновности на лицо, причинившее вред. Иными словами, причинитель вреда считается виновным, пока не обоснует обратное. И отказ судов со ссылкой на недоказанность вины Прусаченкова незаконен, решила гражданская коллегия ВС. Она оценила и мотивировку сути решения о том, что ответчик мог не заметить попутную машину. Но в ходе разворота не должны создаваться помехи или опасность для других участников дорожного движения (п. 8.1 ПДД). А если дорога слишком узкая и разворот выполняется не из крайнего левого положения, перед этим нужно освободить дорогу всем встречным и попутным машинам (п. 8.8).

Кроме того, по мнению ВС, судебную экспертизу отвергли безосновательно. Если эксперт выносил суждения на основании объяснений Пищика, суду следовало самому определить исходные данные для экспертизы. Кроме того, основной вывод специалиста о том, что Прусаченков не мог развернуться без нарушений, был основан на объективных данных. Если экспертиза неясна, суд может назначить повторную, напомнил Верховный суд положения п. 2 ст. 87 ГПК. Эти указания называет важным управляющий партнер КА “Старинский, Корчаго и партнеры” Владимир Старинский. По его словам, суды нередко отказываются принимать доказательства, практически ничем это не мотивируя или указывая формальные причины. Чтобы побороть такой подход, надо отменять решения, принятые с подобными нарушениями, для чего и пригодятся разъяснения ВС, считает Старинский.

Презумпция виновности в производстве по КоАП РФ: можно ли нейтрализовать «стандартом» доказывания?

Административно-наказуемое бездействие имеет неограниченное число выражений и комбинаций (с учетом содержания норм законодательства иной отраслевой принадлежности), например, в непредоставлении отчетов, актов КС-2, КС-3, ненаправлении ответа на обращение, неразмещении информации и т.д.

По ряду категорий дел о бездействии ничего предрассудительного и в помине нет. Речь идет о блоке нарушений, когда есть объективные средства фиксации совершения действия, например, на сайтах http://bus.gov.ru, http://zakupki.gov.ru. Или о ситуации смешанного бездействия, когда на руках письмо или данные, из содержания которых устанавливается неполное исполнение обязанности и т.д. Соответственно бремя доказывания лежит на административном органе – нужно вложиться трудом в сбор доказательственного материала, а потенциальный виновный может не напрягаться, если дело собрано хлипкое.

А вот есть случаи и посложнее, когда объективных средств фиксации нет, а если средства и есть, то носят неофициальный характер, являются документом / базой / реестром с ограниченным доступом, да который еще и ведется на бумаге или в самопальной excel-таблице, а то и вообще когда средства фиксации нет. Это случаи, когда след не имеет слабооспоримого формализованного выражения.

К примеру, есть регламентация предоставления отчета в орган государственной (муниципальной) власти. И этот отчет не представлен (тут массу статей КоАП РФ можно подобрать). При этом отсутствует информационный ресурс в сети Интернет, «дублирующий» предоставление, фиксирующий его факт. Какой коронный вопрос всегда поступает на рассмотрениях от лица, рассматривающего дело? Правильно: «А вы можете предоставить доказательства того, что предусмотренное законом (подзаконным актом) действие Вами выполнено?». А доказательственная база, поступившая на рассмотрение, как правило: протокол, объяснения лица, составившего протокол, а также «обязывающий набор» (правовые акты, соглашения, документы о юридически важных датах, которыми лицо обязывается предоставить отчет).

А это уже начинается презумпция виновности… Со стороны административных органов достаточно «заявления» («не поступило», «не обнаружено», «не исполнено», «не видел, не слышал»), и их доказательства суть формализация слова «он виноват», а не юридическое закрепление следа. Как таковое собирание доказательств отсутствует. А все бремя доказывания единомоментно переваливается на без пяти минут оштрафованного, который должен напрячься для обороны.

В принципе ничего удивительного. Презумпция виновности в суженной форме легализована в КоАП РФ (см. примечание к статье 1.5 КоАП РФ), по меньшей мере, с присутствием объективных средств фиксации. Удивительно то, что закон не синхронизирован с действительностью и не охватывает всех реальных случаев (статей), когда лицо вынуждено доказывать свою невиновность.

Но вот задался вопросом: можно ли погасить эту презумпцию виновности в вышеуказанном примере, не прибегая к нормативной корректировке?

Вся «лень, халатность, юридическая безграмотность в формировании доказательственной базы» излечивается, помимо грамотной (я бы сказал «докапывающейся и восхищающей») работы защитника и внутриведомственного контроля качества работы, негласными «стандартами доказывания». Такого термина нет, он не употребляется, он вообще незаконен, поскольку ни одно доказательство не имеет заранее установленной силы. Но пробирает до костей его явное присутствие: это тот набор документов и усредненных объяснений, при котором с вероятностью в 90% наступит «наказательный» исход или наоборот «малозначительность», «исключение вины» и в таком духе.

Само навязывание «стандартов» происходит устойчивой практикой прекращения дел, в щадящей форме это может быть связано с возвратом протокола, а также может быть вуалировано, когда суд предлагает сторонам донести документы.

Есть ли «стандарт» доказывания по делам о противоправном бездействии при отсутствии средств объективной фиксации? Вариантов доказывания такого бездействия выдумано великое множество, можно и еще придумать, но они все одно все порочны.

Вариант 1: Протокол, объяснения лица, составившего протокол, «обязывающий набор».

Вариант 2: Вариант 1 + служебная записка (рапорт, сообщение, справка, информация, аналитическая записка, записка по результатам мониторинга, выдержка из аналитической или мониторинговой записки, акт о фиксации неисполненной обязанности и т.п.). Тоже порок. По сути происходит копирование одного и того же «заявления» и искусственное наращивание доказательственной базы. К сожалению, такой набор, как и набор по варианту 1, неизбежен, если мониторинг исполнения обязанности и полномочие по составлению протокола сосредоточены в руках одного лица.

Вариант 3: Вариант1 / вариант 2 + письменное сообщение из иного органа власти (или органов – бывает, что у нас два субъекта получения одного и того же документа) о факте бездействия или отсутствии сведений об исполнении обязанности на конкретную дату. В данном случае имеет место также копирование «заявления», просто при этом участвует несколько должностных лиц – лицо, осуществляющее мониторинг, лицо, составляющее протокол. Я бы сказал, «фрагментация» изначального заявления. Ничего отличного от вариантов 1 и 2, если только сотрудник иного органа не предоставит данные объективной фиксации.

Вариант 4: Я такого не встречал, но могу предположить о дополнении варианта 2 или 3 околообъективным средством фиксации в виде заверенной копии прошитого и пронумерованного журнала учета входящей корреспонденции, куда задним числом можно что-то вписать только через преступление. Но это сомнительное доказательство. Убежден, что не только мне попадались сотрудники канцелярий, секретариатов, которых надо смиренно уговаривать «влепить» еще входящий номер и подпись должностного лица (они истово верят, что синий штамп со штампом даты – достаточная приемная отметка). К тому же в журнал можно просто забыть зафиксировать факт. Поэтому отсутствие на определенные даты корреспонденции от потенциального виновного может служить только как косвенное доказательство.

Вариант 5: Варианты 1, 2 и 3 и вдобавок объяснения лица (в том числе данные в установленном порядке в ходе контрольного мероприятия) или неотвеченное письмо с письменным предложением (ни в коем случае не «требованием») о даче объяснений к определенной дате, включая доказательства получения лицом такого письма. Формально получается уже два «чистых» доказательства (ура), но на стандарт не тянет. Лицо не обязано давать никакие объяснения, оно может и не приходить на те или иные процессуальные этапы, при котором все производство носит заочный характер. Да и опять же – вспоминаем родственный теоретическую часть уголовного процесса, его неудержимые проклятья делам, базирующихся на признании обвиняемого.

Выводы:

На мой взгляд, пока примечание к ст. 1.5 КоАП РФ не дополнят, можно нивелировать негатив от присутствия презумпции по некоторым делам об общественно-опасном бездействии тем, чтобы в обязательном порядке в извещении о времени и месте составлении протокола (определении о проведении административного расследования), а потом определении о времени и месте рассмотрения дела (последним китайским предупреждением) «предлагать предоставить доказательства обратного».

Так в лице можно высечь искру страсти к обороне по КоАП РФ, чтоб от него отступили расхожие мнения «все заранее решено» и «палец о палец не ударю, ничего не возьму, ничего не подпишу, никуда не пойду, а потом буду ныть из-за штрафа».

С учетом того, что ряд внутриведомственных актов аккуратно забивают дыры между нормами КоАП РФ, устанавливают формы всего, чего только можно, тем более протокола, с учетом того, что никаких ограничительных требований к извещению нет (его содержание разнится от указания только на статью до указания на статью и краткого содержания объективной стороны), то можно обойтись и без сложной процедуры корректировки КоАП РФ.

Так будет достигнута совокупность материалов по Варианту 5, не самому худшему.

Как доказать отсутствие вины в деле об АП?

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с ЗАО “Сбербанк-АСТ”. Слушателям, успешно освоившим программу выдаются удостоверения установленного образца.

Лекторы – ведущие эксперты, непосредственные разработчики законов:
В. В. Витрянский, Л. Ю. Михеева, Е. А. Суханов, А. А. Маковская. Принять участие можно очно/ онлайн или в записи, в любой точке страны!

Читать еще:  Каковы права собственников квартиры в равных долях?

Обзор документа

Постановление Верховного Суда РФ от 20 мая 2013 г. N 91-АД13-2 Судебные акты по делу об административном правонарушении изменены в части исключения указания на отсутствие раскаяния и осознания вины лицом, привлекаемым к ответственности, поскольку указанные обстоятельства не могут учитываться при назначении административного наказания

Судья Верховного Суда Российской Федерации Меркулов В.П.,

рассмотрев надзорную жалобу Курилова Н.Г. на постановление мирового судьи судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области от 8 июня 2012 г., решение судьи Стругокрасненского районного суда Псковской области от 16 июля 2012 г. и постановление заместителя председателя Псковского областного суда от 25 октября 2012 г., вынесенные в отношении Курилова Н.Г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, установил:

постановлением мирового судьи судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области от 8 июня 2012 г., оставленным без изменения решением судьи Стругокрасненского районного суда Псковской области от 16 июля 2012 г. и постановлением заместителя председателя Псковского областного суда от 25 октября 2012 г., Курилов Н.Г. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут административному наказанию в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год и 8 месяцев.

Не согласившись с указанными судебными постановлениями, Курилов Н.Г. обратился в порядке, установленном статьями 30.12-30.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с надзорной жалобой в Верховный Суд Российской Федерации.

В своей жалобе Курилов Н.Г. просит об отмене состоявшихся в отношении его решений по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, считая их незаконными.

Изучение истребованного из судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области дела об административном правонарушении, доводов надзорной жалобы Курилова Н.Г. свидетельствует о наличии оснований для удовлетворения данной жалобы частично.

В силу пункта 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, водитель транспортного средства обязан проходить по требованию сотрудников милиции освидетельствование на состояние опьянения.

Согласно части 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях невыполнение водителем законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения или невыполнение водителем транспортного средства Вооруженных Сил Российской Федерации, внутренних войск Министерства внутренних дел Российской Федерации, инженерно-технических, дорожно-строительных воинских формирований при федеральных органах исполнительной власти или спасательных воинских формирований федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области гражданской обороны, законного требования должностного лица военной автомобильной инспекции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения влечёт лишение права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Из материалов дела усматривается, что 27 мая 2012 г. старшим инспектором ДПС ГР ДПС ОГИБДД МО МВД РФ «Струго-Красненский» в отношении Курилова Н.Г. составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, согласно которому 27 мая 2012 г. в 22 часа 40 минут на ул. Кооператоров в пос. Струги Красные Псковской области Курилов Н.Г., с признаками опьянения управляя транспортным средством – автомобилем . государственный регистрационный знак . не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения (л.д. 3).

Основанием полагать, что водитель транспортного средства Курилов Н.Г. находится в состоянии опьянения, явилось наличие у него следующих признаков: запах алкоголя изо рта, резкое изменение окраски кожных покровов лица (л.д. 5), предусмотренных пунктом 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 475 (далее – Правила).

В связи с тем, что Курилов Н.Г. отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в соответствии с требованиями пункта 10 Правил он был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Направление водителя транспортного средства Курилова Н.Г. на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в медицинскую организацию осуществлено должностным лицом в присутствии двух понятых (л.д. 6).

Указанные действия сотрудников ГИБДД соответствуют требованиям пункта 11 Правил.

Пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения Курилов Н.Г. отказался (л.д. 6).

Таким образом, 27 мая 2012 г. Курилов Н.Г. не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Факт совершения Куриловым Н.Г. административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, подтверждается протоколом об административном правонарушении (л.д. 3), протоколом о направлении на медицинское освидетельствование (л.д. 6-7), протоколом об отстранении от управления транспортным средством (л.д. 5), рапортом должностного лица (л.д. 10-11).

Указанные доказательства получили оценку в совокупности с другими материалами дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Действия Курилова Н.Г. правильно квалифицированы по части 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Постановление о привлечении Курилова Н.Г. к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесено мировым судьёй в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для данной категории дел.

Вместе с тем, привлекая Курилова Н.Г. к административной ответственности, мировой судья обязан был исходить из определённых в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях правил назначения административного наказания.

В соответствии с общими правилами назначения административного наказания, основанными на принципах справедливости, соразмерности и индивидуализации ответственности, административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях (часть 1 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Согласно части 2 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершённого им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Тем самым законодатель предоставил возможность судье, органу, должностному лицу, рассматривающим дело об административном правонарушении, индивидуализировать наказание в каждом конкретном случае.

При этом назначение административного наказания должно основываться на данных, подтверждающих действительную необходимость применения к лицу, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, в пределах нормы, предусматривающей ответственность за административное правонарушение, именно той меры государственного принуждения, которая с наибольшим эффектом достигала бы целей восстановления социальной справедливости, исправления правонарушителя и предупреждения совершения новых противоправных деяний, а также подтверждающих её соразмерность в качестве единственно возможного способа достижения справедливого баланса публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

Из системного толкования указанных выше норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях следует, что судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дело об административном правонарушении, должны привести мотивы назначения лицу, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, соответствующего административного наказания в пределах санкции статьи, предусматривающей ответственность за совершённое административное правонарушение.

Назначая Курилову Н.Г. административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год и 8 месяцев, мировой судья судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области в постановлении от 8 июня 2012 г. указал, что учитывает общественную опасность правонарушения, отсутствие раскаяния и осознания вины.

Между тем мировым судьёй не было принято во внимание, что отсутствие раскаяния и осознания вины в содеянном со стороны лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, не может учитываться при назначении административного наказания, поскольку им ошибочно фактически расширен установленный статьёй 4.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях перечень обстоятельств, отягчающих административную ответственность.

С учётом требований пункта 2 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях судья Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводам о необходимости исключения из постановления мирового судьи судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области от 8 июня 2012 г. указания об отсутствии раскаяния и осознания вины Куриловым Н.Г. как об обстоятельстве, отягчающем административную ответственность, а также о необходимости сокращении срока назначенного ему административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами до полутора лет.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 30.13 и 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья Верховного Суда Российской Федерации постановил:

надзорную жалобу Курилова Н.Г. удовлетворить частично.

Постановление мирового судьи судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области от 8 июня 2012 г., решение судьи Стругокрасненского районного суда Псковской области от 16 июля 2012 г. и постановление заместителя председателя Псковского областного суда от 25 октября 2012 г., вынесенные в отношении Курилова Н.Г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, изменить, исключив из постановления мирового судьи судебного участка № 19 Стругокрасненского района Псковской области от 8 июня 2012 г. указание об отсутствии раскаяния и осознания вины Куриловым Н.Г. как об обстоятельстве, отягчающем административную ответственность, а также сократить срок назначенного Курилову Н.Г. за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами с 1 года и 8 месяцев до полутора лет.

В остальной части указанные судебные постановления оставить без изменения.

Судья Верховного Суда Российской Федерации В.П. Меркулов

Обзор документа

КоАП РФ закрепляет определенные правила назначения административного наказания.

Относительно применения этих правил ВС РФ отметил следующее.

Исходя из КоАП РФ, законодатель предоставил возможность судье, органу, должностному лицу, рассматривающим дело об административном правонарушении, индивидуализировать наказание в каждом конкретном случае.

При этом наказание должно назначаться с учетом данных, подтверждающих действительную необходимость применить к лицу конкретную меру госпринуждения, которая с наибольшим эффектом достигала бы цели восстановления социальной справедливости, исправления правонарушителя и предупреждения совершения новых противоправных деяний.

Также должна подтверждаться соразмерность такого наказания в качестве единственно возможного способа достигнуть справедливый баланс публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

Из системного толкования норм КоАП РФ следует, что судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дело, должны привести мотивы назначения лицу соответствующего наказания в пределах санкции статьи, предусматривающей ответственность за совершенное административное правонарушение.

Так, в рассматриваемом случае мировой судья, назначая наказание, указал, что учитывает общественную опасность правонарушения, отсутствие раскаяния и осознания вины.

Между тем отсутствие раскаяния и осознания вины в содеянном со стороны лица, в отношении которого ведется производство по делу, не могут учитываться при назначении административного наказания.

В противном случае незаконно расширялся бы установленный КоАП РФ перечень обстоятельств, отягчающих административную ответственность.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector