Недееспособный гражданин может работать
Dolgovnet34.ru

Юридический портал

Недееспособный гражданин может работать

Может ли недееспособный гражданин заключить трудовой договор?

Ю.Н. Аргунова

В законодательстве данный вопрос не урегулирован.

Трудовой кодекс РФ не предусматривает в отношении недееспособных граждан каких-либо ограничений гарантированного ст.37 Конституции РФ права свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Статья 20 ТК РФ устанавливает лишь одно условие вступления в трудовые отношения в качестве работника – достижение лицом определенного возраста. Согласно ст.16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании заключенного ими трудового договора. Запретов для заключения трудового договора недееспособным лицом норма не содержит. Это означает, что в принципе закон не препятствует недееспособному заключить такой договор и выполнять посильную для себя работу, в т.ч. в соответствии с указанными выше требованиями к условиям труда инвалидов вследствие психических расстройств.

Трудовой договор не является гражданско-правовой сделкой, совершение которой самим недееспособным прямо запрещено нормами ГК РФ. Однако даже из столь категоричного запрета закон предусматривает исключение: в интересах недееспособного совершенная им сделка может быть признана судом действительной, если она совершена к выгоде этого гражданина (п.2 ст.171 ГК РФ).

В качестве «страховочного» варианта, по нашему мнению, можно допустить возможность заключения трудового договора от имени недееспособного его опекуном. В соответствии с п.2 ст.31 ГК РФ и ч.2 ст.15 ФЗ «Об опеке попечительстве» опекуны вправе выступать в защиту прав и интересов своих подопечных в любых отношениях без специального полномочия.

На то обстоятельство, что опекун вправе не только совершать сделки от имени недееспособного, но и заключать трудовые договоры указывает ст.20 ТК РФ, из которой следует, что недееспособное лицо может быть работодателем. Согласно ч.9 и 11 ст.20 ТК РФ от имени физических лиц, имеющих самостоятельный доход, достигших возраста 18 лет, но признанных судом недееспособными, их опекунами могут заключаться трудовые договоры с работниками в целях личного обслуживания и помощи по ведению домашнего хозяйства. В этом случае опекуны лиц, выступающих в качестве работодателей, несут дополнительную ответственность по обязательствам, вытекающим из трудовых отношений, включая обязательства по выплате заработанной платы. Заметим, что опекун заключает такой договор не от своего имени, а от имени подопечного.

Полный запрет заниматься трудовой деятельностью для всех недееспособных граждан только лишь по причине их статуса недееспособного лица, несмотря на то, что у таких граждан может быть сохранена способность принимать участие в данной сфере общественной жизни, противоречит международно-правовым стандартам, в частности ст.27 Конвенции о правах инвалидов, а также Рекомендации Комитета министров Совета Европы № R (99)4 «О принципах, касающихся правовой защиты недееспособных взрослых» – Принципу 6 (опека должна соответствовать индивидуальным обстоятельствам и потребностям лица), Принципу 3 (опека не должна автоматически лишать недееспособного возможности принимать решения личного характера во время, когда он способен совершать такие действия).

Таким образом, недееспособному гражданину должна быть предоставлена возможность (право) вступать в трудовые отношения при условии, если:

1) избранный им вид деятельности не относится к видам профессиональной деятельности, для которых имеются ограничения, связанные с наличием психического расстройства (см.раздел 3 настоящего пособия);

2) для избранной им должности не установлен запрет на принятие лиц, признанных недееспособными;

3) у недееспособного сохранена способность к трудовой деятельности, т.е. он не является инвалидом I группы, при которой МСЭ устанавливает «неспособность к любой трудовой деятельности».

В этой связи безусловным нарушением законности является отказ бюро МСЭ в выдаче недееспособным инвалидам индивидуальной программы реабилитации по причине признания их недееспособными.

Вред, который недееспособный может причинить работодателю в процессе выполнения работы, должен возмещаться, очевидно, по правилам ст.1076 ГК РФ (см.раздел 6 настоящего пособия).

Данная формула является попыткой моделирования, заполнения пробела в законодательстве. На практике многие недееспособные граждане, сохранившие способность к трудовой деятельности, вынуждены вступать с работодателем в неофициальные отношения.

Недееспособность не мешает трудоустройству!

В Правовом Навигаторе «Особое право» расширена и конкретизирована статья о трудоустройстве граждан, признанных недееспособными. Приводим фрагмент – о том, как следует действовать и что конкретно учитывать при оформлении недееспособными гражданами трудовых отношений. Автор – юрист правовой группы РБОО «Центр лечебной педагогики» Павел Кантор.

Право на труд согласно статье 37 Конституции Российской Федерации относится к основным и неотчуждаемым правам человека. Неотчуждаемость основных прав и свобод человека предполагает необходимость их адекватных гарантий, в том числе в отношении лиц, страдающих психическими расстройствами. К числу таких гарантий в силу статьи 55 Конституции Российской Федерации относится возможность ограничения федеральным законом прав и свобод человека и гражданина только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Каких-либо ограничений в отношении недееспособных лиц, кроме невозможности осуществления права избирать и быть избранными (статья 32 часть 3), непосредственно Конституцией Российской Федерации не предусмотрено.

Исходя из положений статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового Кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, а также иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти и иными нормативными актами).

Положения Трудового кодекса Российской Федерации, непосредственно регулирующего трудовые отношения, не содержат запрета на заключение трудовых договоров с лицами, признанными судом недееспособными. Из положений статьи 20 ТК РФ вытекает, что недееспособное лицо имеет право быть стороной трудовых правоотношений.

Положения статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая предусматривает ничтожность сделок, совершенных гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства, применяется при гражданско-правовых отношениях; к трудовым же отношениям эти положения Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежат. Указанную позицию изложил Верховный Суд России в своем Определении от 23 апреля 2010 г. № 13-В10-2.

Отсюда – следующие выводы.

1) Лицо, признанное недееспособным, вправе заключить трудовой договор с согласия своего опекуна. Представляется целесообразным, чтобы в тексте трудового договора было указано, что опекун (организация, исполняющая функции опекуна) не возражает против заключения такого договора, и присутствовала его подпись.

2) Лицо, признанное недееспособным, не может заключить такой трудовой договор, который носит смешанный характер и содержит положения, регулируемые в соответствии с гражданским правом, например, положения о полной материальной ответственности.

3) Поскольку лица, признанные недееспособными, как правило, являются инвалидами, то условия труда не должны противоречить тем указаниям по условиям труда, которые содержатся в ИПРА инвалида, если они там есть. Также на такой трудовой договор распространяются все особенности регулирования труда инвалидов (например, сокращенная продолжительность рабочего времени – ст. 92 ТК РФ).

4) Трудовой договор с недееспособным лицом не может быть заключен без его согласия либо противоречить его интересам (например, предусматривать меньший размер оплаты труда по сравнению с другими работниками с аналогичными условиями труда), поскольку в этом случае опекун не защищает права и интересы подопечного надлежащим образом. Точно так же опекун обязан следить за соблюдением трудовых прав своего подопечного и не допускать их нарушения.

5) Вознаграждение за трудовую деятельность поступает на счет работника и расходуется в порядке, установленном законодательством для расходования имущества подопечного. При этом, поскольку заработок не является средствами, выделенными на его содержание (как пенсия, пособия и т.п.), на него не распространяется требование о зачислении на номинальный счет (ч.1 ст. 37 ГК РФ).

6) В отдельных регионах законодательством предусмотрены доплаты к пенсии неработающих пенсионеров, право на которые пенсионер утрачивает в случае трудоустройства. Необходимо учитывать это при решении вопроса о целесообразности и соответствии интересам подопечного трудоустройства в каждом конкретном случае. Заметим, что если полученный заработок не сможет компенсировать потери в пенсионных выплатах (иными словами – подопечный в результате трудоустройства потеряет в деньгах), – органы опеки будут считать трудоустройство не соответствующим интересам подопечного. В этом случае опекуну придется доказывать органам опеки, что, хотя подопечный и несколько проиграл в деньгах, но зато выиграл в социализации, интеграции в обществе, психологическом комфорте, а это в данном случае для него значительно важнее и в большей степени соответствует его интересам.

7) Что касается недееспособного гражданина, проживающего в ПНИ, который желает заключить трудовой договор с самим ПНИ, как работодателем, то в этом случае целесообразно, чтобы его интересы при заключении договора (см. п. 1 настоящей справки) представлял не руководитель ПНИ, и не его сотрудник, а другое лицо. Это следует из п.8 ч.1 ст. 8 Федерального закона «Об опеке и попечительстве», согласно которому в полномочия органов опеки входит «представление законных интересов недееспособных граждан, в отношениях с любыми лицами, если действия опекунов по представлению законных интересов подопечных противоречат законодательству Российской Федерации или интересам подопечных либо если опекуны или попечители не осуществляют защиту законных интересов подопечных».

Читать еще:  Обгон на нерегулируемом перекрёстке, двигаясь по главной дороге

Понятно, что интересы работодателя и работника противоречат друг другу, поэтому директор ПНИ не может одновременно выступать как работодатель и в то же время защищать интересы недееспособного работника, в этом случае наступает конфликт интересов. Например, в Буздякском ПНИ (Башкортостан) при заключении договора об оказании социальных услуг с недееспособными директор ПНИ подписывает эти договоры от имени поставщика социальных услуг, а от имени получателя их подписывает руководитель органа опеки (глава местного муниципального образования) – очень правильная практика.

Аналогично при заключении трудового договора между ПНИ и проживающим в нем недееспособным гражданином: директор ПНИ подписывает договор от имени работодателя, недееспособный гражданин самостоятельно подписывает, как работник, а представитель органа опеки расписывается, что он не возражает против заключения такого договора.

Может ли недееспособный гражданин быть принят на работу? – судебная практика!

Краткое содержание:

Суть дела:

На основании вступившего в законную силу судебного решения гражданин был признан недееспособным, ему был назначен опекун.

24 октября 2009 г. гражданин был принят на работу в должности «уборщик» по направлению Центра занятости населения. Заработная плата, согласно объяснениям в суде представителя ответчика, была установлена ему исходя из площади убираемой им территории. По окончании срока действия трудового договора он был уволен.

Опекун в интересах недееспособного обратилась с иском к работодателю, в обоснование которого ссылалась на то, что работник является инвалидом второй группы с детства по психическому заболеванию. По индивидуальной программе реабилитации инвалида, составленной 26 января 2009 г. Федеральным государственным учреждением “Главное бюро медико-социальной экспертизы в рамках мероприятий профессиональной реабилитации рекомендована временная (эпизодическая) работа. При этом было указано, что он нуждается в содействии в трудоустройстве согласно вакансий банка данных областного государственного учреждения “Центр занятости населения”.

На основании рекомендательного письма с 24 октября 2008 г. был принят на работу в качестве «уборщика» сроком на 3 месяца по 24 января 2009 г. включительно на основании заключенного между ним и ответчиком срочного трудового, который был подписан лично в присутствии и с согласия опекуна.

Перед истечением срока действия трудового договора опекун обратилась к ответчику с заявлением о продлении существующих между сторонами трудовых отношений, однако работодатель с ее предложением не согласился и на основании приказа N 6 л/с от 21 января 2009 г. А. был уволен с работы с 24 января 2009 г. на основании пункта 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Полагая, что размер выплачиваемого заработка не соответствовал указанной выше ставке, а его увольнение было произведено незаконно, как опекун обратилась с соответствующими заявлениями к ответчику и в органы социальной защиты, однако получила отказ.

Вышеизложенные обстоятельства послужили основанием для обращения опекуна в суд с иском в интересах недееспособного, в котором она просила признать увольнение незаконным, восстановить его на работе, взыскать недоплаченную ему в период действия трудового договора заработную плату и оплату за время вынужденного прогула, а также компенсацию причиненного морального вреда.

Позиция суда первой и кассационной инстанции:

Решением Октябрьского районного суда от 15 апреля 2009 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам областного суда от 24 июня 2009 г., в удовлетворении заявленных исковых требований отказано.

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявленного иска, суд со ссылкой на статьи 29 и 171 Гражданского кодекса Российской Федерации пришел к выводу о том, что сделка по трудоустройству, совершенная между недееспособным и ответчиком, является ничтожной и не влечет за собой юридических последствий, поскольку исходя из положений статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации о том, что трудовой договор предполагает личное выполнение работником установленной в договоре трудовой функции, гражданин, признанный судом недееспособным, не вправе заключать трудовые договоры ни лично, ни через своего опекуна. Недееспособность по мнению суда первой инстанции, не позволяет ему быть стороной трудового договора, так как он не способен осуществлять гражданские права и создавать для себя гражданские обязанности и выполнять их (в том числе обязанности лично осуществлять трудовую функцию по трудовому договору).

Суд кассационной инстанции областного суда согласился с выводами суда первой инстанции о том, что в силу своей недееспособности работник не может быть субъектом трудовых отношений, а наличие врачебного заключения о том, что он периодически может выполнять работ, не обязывает работодателя заключить с недееспособным лицом трудовой договор, нести перед ним как работником предусмотренные законом обязанности.

Позиция Верховного суда РФ:

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ не согласилась с приведенными выводами судебных инстанций, поскольку они были сделаны с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела.

Так, основные принципы правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений изложены в статье 2 Трудового кодекса Российской Федерации и основаны на общепризнанных принципах и нормах международного права и Конституции Российской Федерации. Такими основными принципами, в том числе признаются свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, а также защита от безработицы и содействие в трудоустройстве.

Право на труд согласно статье 37 Конституции Российской Федерации относится к основным и неотчуждаемым правам человека. Неотчуждаемость основных прав и свобод человека предполагает необходимость их адекватных гарантий, в том числе в отношении лиц, страдающих психическими расстройствами. К числу таких гарантий в силу статьи 55 Конституции Российской Федерации относится возможность ограничения федеральным законом прав и свобод человека и гражданина только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Каких-либо ограничений в отношении недееспособных лиц, кроме невозможности осуществления права избирать и быть избранными (статья 32 часть 3) непосредственно Конституцией Российской Федерации непосредственно не предусмотрено.

Исходя из положений статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из настоящего Кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти и иными нормативными актами).

К таким специальным нормативным правовым актам, которые частично регулируют вопросы трудовых отношений инвалидов, в том числе лиц, страдающих психическими расстройствами, относятся Федеральный закон от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ “О социальной защите инвалидов в Российской Федерации” и Закон Российской Федерации от 2 июля 1992 г. N 3185-1 “О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании”, а также Постановление Правительства Российской Федерации от 25 мая 1994 г. N 522 “О мерах по обеспечению психиатрической помощью и социальной защите лиц, страдающих психическими расстройствами”.

Статьями 2, 5 и 9 Федерального закона от 24 ноября 1995 года N 181-ФЗ “О социальной защите инвалидов в Российской Федерации” предусмотрено, что социальная защита инвалидов – это система гарантированных государством экономических, правовых мер и мер социальной поддержки, обеспечивающих инвалидам условия для преодоления, замещения (компенсации) ограничений жизнедеятельности и направленных на создание им равных с другими гражданами возможностей участия в жизни общества, при этом органы государственной власти субъектов Российской Федерации участвуют в обеспечении социальной защиты и социальной поддержки инвалидов путем содействия трудовой занятости инвалидов, в том числе стимулирования создания специальных рабочих мест для их трудоустройства. Признанный инвалидом гражданин подлежит реабилитации, под которой понимается система и процесс полного или частичного восстановления способностей инвалидов к бытовой, общественной и профессиональной деятельности. В числе основных направлений реабилитации инвалидов значится профессиональная ориентация, обучение и образование, содействие в трудоустройстве, производственная адаптация.

Лицам, страдающим психическими расстройствами, в том числе признанным инвалидами, положениями статьи 16 Закона Российской Федерации от 2 июля 1992 г. N 3185-1 “О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании” также гарантирована возможность осуществления права на труд с некоторыми ограничениями, которые прямо предусмотрены положениями статьи 6 данного Закона.

Читать еще:  Может ли сотрудник полиции купить себе нарезное оружие?

В частности, статья 16 Закона указывает, что государством гарантируется содействие в трудоустройстве лиц, страдающих психическими расстройствами, для чего государство создает лечебно-производственные предприятия для трудовой терапии, обучения новым профессиям и трудоустройства на этих предприятиях лиц, страдающих психическими расстройствами, включая инвалидов, а также специальные производства, цеха или участки с облегченными условиями труда для таких лиц; устанавливает обязательные квоты рабочих мест на предприятиях, в учреждениях и организациях для трудоустройства лиц, страдающих психическими расстройствами; применяет методы экономического стимулирования для предприятий, учреждений и организаций, предоставляющих рабочие места для лиц, страдающих психическими расстройствами.

Положения Трудового кодекса Российской Федерации, непосредственно регулирующего трудовые отношения, не содержат запрета на заключение трудовых договоров с лицами, признанными судом недееспособными. С учетом приведенных выше принципов и норм права законодатель в статье 20 Трудового кодекса Российской Федерации прямо устанавливает только одно ограничение для приобретения статуса работника – возрастной ценз. Из положений той же статьи вытекает, что недееспособное лицо имеет право быть стороной трудовых правоотношений, особенности предусмотрены лишь для недееспособных лиц, выступающих работодателями.

Положения статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации в числе оснований возникновения трудовых отношений, которые порождают взаимные права и обязанности работников и работодателей, в том числе обязанность последних по своевременной и полной выплате заработной платы, называют не только трудовой договор, заключенный в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, но и фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя в случае, когда оформление трудового договора было произведено не надлежащим образом.

Работником как стороной трудового договора по смыслу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации является лицо, которое на основании достигнутого с работодателем соглашения обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию и соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. При этом требовать у работника при заключении трудового договора иных, кроме прямо перечисленных в статье 65 Трудового кодекса Российской Федерации, документов, в том числе о состоянии здоровья, работодатель вправе только в отдельных случаях с учетом специфики работы, которые предусмотрены настоящим Кодексом, иными федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации. Специальными нормативными правовыми актами о трудоустройстве лиц, страдающих психическими заболеваниями, в том числе инвалидов, как уже было указано выше, предусмотрено наличие в индивидуальной программе реабилитации этих лиц сведений о показанной им с учетом состояния их здоровья работе.

Указывая в решении на недействительность заключенного с недееспособным трудового договора, суд сослался на положения статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая предусматривает ничтожность сделок, совершенных гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства, и возврат сторон в первоначальное положение. Однако указанная норма применима при гражданско-правовых отношениях, к трудовым отношениям положения Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежат.

На основании изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ в своем определении от 23.04.2010 N 13-В 10-2 посчитала вывод суда об отказе в удовлетворении иска опекуна в интересах недееспособного в связи с ничтожностью заключенного им трудового договора противоречащим основным принципам и нормам права, регулирующим трудовые отношения, и в целях исправления судебной ошибки, допущенной при рассмотрении дела судами первой и кассационной инстанций в применении норм материального права, которая повлекла вынесение неправосудного решения, признала решение Октябрьского районного суда от 15 апреля 2009 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам областного суда от 24 июня 2009 г. подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение.

Подпишитесь на 9111.ru в Яндекс.Новостях Подписаться

Региональная общественная организация инвалидов «Перспектива»

Спасибо!

Вы успешно стали нашим подписчиком.

  • Главная
  • Защита прав
  • Ментальная инвалидность
  • Интересные материалы
  • Может ли недееспособный гражданин заключить трудовой договор?

Может ли недееспособный гражданин заключить трудовой договор?

В законодательстве данный вопрос не урегулирован.

Трудовой кодексРФ не предусматривает в отношении недееспособных граждан каких-либо ограничений гарантированного ст.37 КонституцииРФ права свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Статья 20 ТКРФ устанавливает лишь одно условие вступления в трудовые отношения в качестве работника– достижение лицом определенного возраста. Согласно ст.16 ТКРФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании заключенного ими трудового договора. Запретов для заключения трудового договора недееспособным лицом норма не содержит. Это означает, что в принципе закон не препятствует недееспособному заключить такой договор и выполнять посильную для себя работу, в т.ч. в соответствии с указанными выше требованиями к условиям труда инвалидов вследствие психических расстройств.

Трудовой договор не является гражданско-правовой сделкой, совершение которой самим недееспособным прямо запрещено нормами ГКРФ. Однако даже из столь категоричного запрета закон предусматривает исключение: в интересах недееспособного совершенная им сделка может быть признана судом действительной, если она совершена к выгоде этого гражданина (п.2 ст.171 ГКРФ).

В качестве «страховочного» варианта, по нашему мнению, можно допустить возможность заключения трудового договора от имени недееспособного его опекуном. В соответствии с п.2 ст.31 ГКРФ и ч.2 ст.15 ФЗ «Об опеке попечительстве» опекуны вправе выступать в защиту прав и интересов своих подопечных в любых отношениях без специального полномочия.

На то обстоятельство, что опекун вправе не только совершать сделки от имени недееспособного, но и заключать трудовые договоры указывает ст.20 ТКРФ, из которой следует, что недееспособное лицо может быть работодателем. Согласно ч.9 и 11 ст.20 ТКРФ от имени физических лиц, имеющих самостоятельный доход, достигших возраста 18 лет, но признанных судом недееспособными, их опекунами могут заключаться трудовые договоры с работниками в целях личного обслуживания и помощи по ведению домашнего хозяйства. В этом случае опекуны лиц, выступающих в качестве работодателей, несут дополнительную ответственность по обязательствам, вытекающим из трудовых отношений, включая обязательства по выплате заработанной платы. Заметим, что опекун заключает такой договор не от своего имени, а от имени подопечного.

Полный запрет заниматься трудовой деятельностью для всех недееспособных граждан только лишь по причине их статуса недееспособного лица, несмотря на то, что у таких граждан может быть сохранена способность принимать участие в данной сфере общественной жизни, противоречит международно-правовым стандартам, в частности ст.27 Конвенции о правах инвалидов, а также Рекомендации Комитета министров Совета Европы №R (99)4 «О принципах, касающихся правовой защиты недееспособных взрослых»- Принципу 6 (опека должна соответствовать индивидуальным обстоятельствам и потребностям лица), Принципу 3 (опека не должна автоматически лишать недееспособного возможности принимать решения личного характера во время, когда он способен совершать такие действия).

Таким образом, недееспособному гражданину должна быть предоставлена возможность (право) вступать в трудовые отношения при условии, если:

1) избранный им вид деятельности не относится к видам профессиональной деятельности, для которых имеются ограничения, связанные с наличием психического расстройства (см.раздел 3 настоящего пособия);

2) для избранной им должности не установлен запрет на принятие лиц, признанных недееспособными;

3) у недееспособного сохранена способность к трудовой деятельности, т.е. он не является инвалидом I группы, при которой МСЭ устанавливает «неспособность к любой трудовой деятельности».

В этой связи безусловным нарушением законности является отказ бюро МСЭ в выдаче недееспособным инвалидам индивидуальной программы реабилитации по причине признания их недееспособными.

Вред, который недееспособный может причинить работодателю в процессе выполнения работы, должен возмещаться, очевидно, по правилам ст.1076 ГКРФ (см.раздел 6 настоящего пособия).

Данная формула является попыткой моделирования, заполнения пробела в законодательстве. На практике многие недееспособные граждане, сохранившие способность к трудовой деятельности, вынуждены вступать с работодателем в неофициальные отношения.

Недееспособный предприниматель: проблемы прекращения статуса и уплаты страховых взносов

Недееспособный предприниматель: проблемы прекращения статуса и уплаты страховых взносов

«Многочисленность законов свидетельствует не в пользу нравов,
а многочисленность процессов не в пользу законов.»
Пьер Буаст

Жизненные ситуации удивляют своим многообразием. Ни одно законодательство не может предугадать все возможные варианты событий и, тем более, осуществить их правовое регулирование. В результате возникают пробелы и неточности в праве, устранение которых возможно различными способами: применением аналогии права и закона, появлением прецедентов и внесением изменений в закон, регулирующий спорные правоотношения.

Одной из таких жизненных ситуаций, порожденных отсутствием правового регулирования, является прекращения физическим лицом, признанным судом недееспособным, статуса индивидуального предпринимателя.

Известно, что в основе правового статуса индивидуального предпринимателя находится правоспособность и дееспособность физического лица. При этом, дееспособность должна быть полной, позволяющей осуществлять все виды сделок, направленных на извлечение прибыли[1]. Утрата дееспособности или ее ограничение в установленном законом порядке исключает возможность осуществления физическим лицом предпринимательской деятельности, а значит, должно повлечь прекращение статуса и исключение лица из ЕГРИП.

Читать еще:  Чем занимается пожарный надзор и как туда обратиться?

На первый взгляд кажется, что все очевидно и никаких пробелов права здесь нет. Однако, к сожалению, это не так.

Государственная регистрация индивидуальных предпринимателей регламентируется Федеральным Законом РФ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» N 129-ФЗ[2] (далее «Закон о регистрации»), Гражданским кодексом РФ, другими федеральными законами РФ, а также отдельными постановлениями Правительства РФ.

Вместе с тем ни положения ст. 22.3 Закона о регистрации, устанавливающей порядок государственной регистрации при прекращении физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя, ни ГК, ни иные правовые акты, не содержат такого основания для прекращения регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя как признание такого лица недееспособным или ограниченно дееспособным. Хотя, исходя из самого понятия предпринимательской деятельности, логично, что наличие дефектов дееспособности, наряду с несостоятельностью и смертью гражданина, должны являться самостоятельным основанием для прекращения регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

В результате отсутствия прямого регулирования в законе гражданин, который вследствие психического расстройства не может понимать значения своих действий или руководить ими, тем не менее имеет статус индивидуального предпринимателя, позволяющий ему осуществлять предпринимательскую деятельность, то есть на свой страх и риск, самостоятельно совершать сделки, иные действия, направленные на систематическое извлечение прибыли.

При этом в случае признания гражданина недееспособным или ограниченно дееспособным, над таким гражданином устанавливается опека или попечительство. От имени недееспособного гражданина все сделки и юридически значимые действия совершает его опекун[3], а в случае ограничения дееспособности в установленном порядке — попечитель[4].

Однако, в ст. 15 закона о регистрации предусмотрено, что заявителем при государственной регистрации может быть физическое лицо, обращающееся за государственной регистрацией или зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя, о возможности подачи заявления опекуном или попечителем речи не идет. Любой, кто занимается или так или иначе сталкивался с вопросами государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, отметит формальный подход регистрирующего органа, исключающий расширительное толкование положений Закона о регистрации.

Таким образом, подать заявление о прекращении деятельности в качестве индивидуального предпринимателя не имеет возможности ни признанный недееспособный (ограниченно дееспособный) гражданин, ни его опекун (попечитель).

В результате признанное недееспособным или ограниченно дееспособным лицо по-прежнему имеет статус индивидуального предпринимателя, который порождает, помимо права заниматься предпринимательской деятельностью, еще и определенные обязанности. В частности, несмотря на фактическое отсутствие ведения предпринимательской деятельности, до момента исключения из ЕГРИП лицо обязано сдавать бухгалтерскую и налоговую отчетность, платить налоги, страховые взносы, иные обязательные платежи.

Невыполнение изложенных обязанностей приводит к возникновению задолженностей, применению уполномоченными органами санкций, наложению штрафов на лицо, которое, хотя и зарегистрировано в ЕГРИП, но физически не имеет возможности выполнить свои обязательства ввиду своего психического, а иногда и физического состояния.

При оценке масштабности проблемы нужно учитывать также временной фактор. Очень часто с момента наступления события, с которым связана утрата гражданином дееспособности до момента признания такого гражданина недееспособным (ограниченно дееспособным) проходит достаточно много времени. Это происходит по разным причинам, к которым можно отнести несвоевременность обнаружения болезни, отсутствие информации у опекунов/попечителей о том, что их подопечный имеет статус ИП, а также вполне объяснимое нежелание родственников заботиться о соблюдении формальностей в трагической ситуации, связанной с наступлением события, повлекшего утрату здоровья и дееспособности дорогого для них человека.

В результате, с момента фактического прекращения лицом предпринимательской деятельности до исключения его из ЕГРИП могут пройти многие месяцы, а иногда и годы. При этом, в течение всего этого времени индивидуальному предпринимателю начисляются налоги, страховые взносы, штрафы и пени за их неуплату, что порождает бесконечные судебные разбирательства и тяжбы с контролирующими органами.

Нужно отметить, что подобные проблемы возникают не только в случаях утраты индивидуальным предпринимателем дееспособности, но и при возникновении иных обстоятельств, порождающих прекращение предпринимательской деятельности и невозможность по тем или иным причинам прекратить регистрацию в ЕГРИП. К числу таковых могут относиться, длительная болезнь, нахождение в плену или отбывание наказания в местах лишения свободы.

Внимание к проблеме, правда в несколько усеченном виде, привлек бизнес-омбудсмен Борис Титов, выступив с предложением премьер-министру Дмитрию Медведеву освобождать индивидуальных предпринимателей, отбывающих тюремные сроки, от уплаты страховых взносов[5]. Инициатива, однако, не получила широкой поддержки. Мы также полагаем, что такая инициатива несколько преждевременна, поскольку некоторые заключенные вполне могут продолжать ведение своего бизнеса и получать доходы на протяжении всего срока отбывания наказания, поэтому освобождение всех заключенных от уплаты взносов не отвечает критерию разумности и не вызвано объективной необходимостью.

Кроме того, имеется иной механизм решения проблемы, на который указал Конституционный Суд РФ в Определении от 12.05.2005г. №211-О[6]. Так, «в случаях, когда при фактическом прекращении предпринимательской деятельности гражданин в силу непреодолимых обстоятельств не мог в установленном порядке своевременно отказаться от статуса индивидуального предпринимателя, он не лишается возможности при предъявлении к нему требования об уплате недоимки по страховым взносам за соответствующий период защитить свои права, привести доводы и возражения, представить документы и иные сведения, подтверждающие указанные обстоятельства. …. Суд, рассматривая требования о взыскании с индивидуального предпринимателя недоимки по страховым взносам, не может — исходя из принципов состязательности и равноправия сторон — ограничиться формальной констатацией лишь факта нарушения обязательства, не принимая во внимание иные связанные с ним обстоятельства, в том числе представленные гражданином доказательства существования обстоятельств исключительного (экстраординарного) характера, которые не позволили ему своевременно обратиться с заявлением о государственной регистрации прекращения предпринимательской деятельности. При этом предписания статьи 28 Федерального закона «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» не препятствуют суду при наличии доказательств, подтверждающих такие обстоятельства, принять решение об отсутствии оснований для взыскания с индивидуального предпринимателя сумм страховых взносов за соответствующий период.»

Таким образом, возможность освобождения лица от уплаты взносов должна является прерогативой суда как органа, осуществляющего правосудие. При решении вопроса суд должен учитывать конкретные обстоятельства и причины, по которым обязательства по уплате были нарушены, в частности ситуации, когда лицо, зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя, не имело объективной возможности прекратить статус в силу экстраординарных обстоятельств.

Возвращаясь к озвученной проблеме отсутствия правового регулирования прекращения регистрации физического лица в ЕГРИП в связи с признанием его недееспособным или ограниченно дееспособным, полагаем, что такая ситуация как раз и относится к числу экстраординарных обстоятельств, влекущих освобождение лица от уплаты всех начисленных платежей.

Также считаем, что в ситуации отсутствия в законе условия об автоматическом прекращении регистрации ИП в связи с признанием лица недееспособным или ограниченно дееспособным на основании судебного акта, было бы разумным предусмотреть в законе о регистрации возможность подачи заявления о прекращении регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя в связи с утратой им дееспособности/ограничения дееспособности, его опекуном или попечителем. Внесение таких изменений позволит устранить пробелы в правовом регулировании и снизить нагрузку на суды в связи с разрешением дел, связанных с прекращением статуса ИП и взысканием обязательных платежей.

[1] Предпринимательская деятельность — самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое извлечение прибыли

[2] ФЗ от 08.08.2001 N 129-ФЗ (ред. от 27.12.2018) «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2019)

[3] Ст. 2 ФЗ от 24.04.2008 N 48-ФЗ (ред. от 03.08.2018) «Об опеке и попечительстве»

«1)опека — форма устройства малолетних граждан (не достигших возраста четырнадцати лет несовершеннолетних граждан) и признанных судом недееспособными граждан, при которой назначенные органом опеки и попечительства граждане (опекуны) являются законными представителями подопечных и совершают от их имени и в их интересах все юридически значимые действия», ст. 29 ГК РФ

[4] Ст. 2 ФЗ от 24.04.2008 N 48-ФЗ (ред. от 03.08.2018) «Об опеке и попечительстве»

«2) попечительство — форма устройства несовершеннолетних граждан в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет и граждан, ограниченных судом в дееспособности, при которой назначенные органом опеки и попечительства граждане (попечители) обязаны оказывать несовершеннолетним подопечным содействие в осуществлении их прав и исполнении обязанностей, охранять несовершеннолетних подопечных от злоупотреблений со стороны третьих лиц, а также давать согласие совершеннолетним подопечным на совершение ими действий в соответствии со статьей 30 Гражданского кодекса Российской Федерации»

[6] Определение Конституционного Суда РФ от 12.05.2005 N 211-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Протасова Юрия Владимировича на нарушение его конституционных прав положениями подпункта 2 пункта 1 статьи 6, пункта 2 статьи 14 и статьи 28 Федерального закона «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации»

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector